«Тесней наш верный круг составим…» (Царскосельский лицей в 1822 году)

1822 год был самым трудным в жизни опального Пушкина в Бессарабии. 

Еще год назад, в 1821-м, поэт писал из Кишинева, обращаясь к друзьям-лицеистам:

Не правда ли? вы помните то поле,
Друзья мои, где в прежни дни, весной,
Оставя класс, играли мы на воле
И тешились отважною борьбой…

   Теперь в черновиках повисла лишь одна фраза:

Один, один остался я…

    В 1822 году произошли изменения и в деятельности Царскосельского лицея, в котором поэт учился в 1811-1817 годах. Лицей был передан из ведения Министерства народного просвещения в подчинение Главного директора Пажеского и кадетских корпусов. Вскоре отдельные комнаты лицеистов были заменены по военному (казарменному) типу на общую спальню на 100 человек. Лицей навсегда утратил свой особенный дух, о котором поэт с восторгом писал:

Друзья мои, прекрасен наш союз!
Он как душа неразделим и вечен –
Неколебим, свободен и беспечен
Срастался он под сенью дружных муз.
Куда бы нас ни бросила судьбина,
И счастие куда б ни повело,
Всё те же мы: нам целый мир чужбина;
Отечество нам Царское Село. 

   Увы, специалисты полагают, что первый выпуск 1817 года стал последним блестящим созвездием его уникальных личностей.

   Первоначально Лицей был размещен в здании флигеля Екатерининского дворца, построенного в 1790-х годах для великих княжон, дочерей Павла I. В 1811 году архитектором В. П. Стасовым здание было перестроено. В 1820 году Лицей сгорел, остались только стены. И его восстановлением занимался тот же архитектор Стасов.

    За это время сменилось два директора. В 1816-1823 году Лицей возглавлял Егор Антонович Энгельгард (1775-1862). В кабинете этого директора, на главной стене, были выставлены изображения всех лицеистов первого выпуска. А в центре – литография самого лицея, виды Царского Села. По сути, это был первый музей, посвященный выпускникам 1817 года. 

    Акварель интерьера кабинета Энгельгарда поступила в фонды Всероссийского музея А. С. Пушкина только в 2012 году. Это был дар потомков автора рисунка –  архитектора Гаральда Эрнестовича Боссе (1812-1894) в период празднования 200-летия со дня его рождения. Боссе, как и Энгельгард,  родился близ Риги, в 1831 году переехал в Петербург и стал работать чертежником у А. П. Брюллова, старшего брата знаменитого Карла Брюллова. С 1862 года жил с семьей в Дрездене.

   А кто же автор литографии Лицея 1822 года?  Так случилось, что именно в 1822 году выпускник Академии художеств Александр Тон (1790-1858) получил аттестат I степени и был определен к архитектору Василию Петровичу Стасову «в Кабинет Ея Императорского Величества». Стасов в то время руководил исправлением дворцовых строений. 

   Тон был очарован тем, что увидел в Царском Селе. Он нарисовал на камне и сам напечатал в петербургской мастерской П. Ф. Гельмерсена, считавшейся одной из лучших в России, несколько видов, в том числе и «Царское Село. Лицей. 1822». 

   Специалисты отмечают, что «литографии А. А. Тона, отмеченные тонким вкусом и техническим совершенством, дополняют работы А. Е. Мартынова и В. П. Лангера и вместе составляют замечательную коллекцию видов Царского Села, запечатленных в произведениях ранней русской литографии, созвучных пушкинским стихам лицейской поры».

    В черновиках восьмой главы романа в стихах «Евгений Онегин» Пушкин сам зарисовал дорогое его сердцу здание Лицея. Но это уже были другие времена, о которых поэт 19 октября, в очередную годовщину Лицея, писал:

Чем чаще празднует лицей
Свою святую годовщину,
Тем робче старый круг друзей
В семью стесняется едину,
Тем реже он; тем праздник наш
В своём веселии мрачнее;
Тем глуше звон заздравных чаш
И наши песни тем грустнее…

И мнится, очередь за мной,
Зовет меня мой Дельвиг милый,
Товарищ юности живой,
Товарищ юности унылой,
Товарищ песен молодых,
Пиров и чистых помышлений,
Туда, в толпу теней родных
Навек от нас утекший гений.

Тесней, о милые друзья,
Тесней наш верный круг составим,
Почившим песнь окончил я,
Живых надеждою поздравим,
Надеждой некогда опять
В пиру лицейском очутиться,
Всех остальных еще обнять
И новых жертв уж не страшиться.

   Между тем, Александр Андреевич Тон побывал в Европе в качестве пенсионера Е. И. В. Работал в парижском литографическом заведении Энгельмана. В 1830 году получил звание академика. В 1831-м был определен в Академию художеств профессором архитектуры II степени и в том же году, после смерти архитектора Адама Менеласа, его назначили наблюдающим за строениями Царского Села.

Виктор Кушниренко, пушкинист