Величайшие гении поэтического слова в переводах на языки народов мира

Очерк Виктора Кушниренко.

Александр Пушкин – русский поэт, один из величайших гениев мировой литературы.  Он стоит в одном ряду с такими титанами планеты, как Гомер, Данте, Шекспир, Байрон, Гете.

 

    Произведения Пушкина переведены на более чем 220 языков народов мира. Роман в стихах «Евгений Онегин» входит в число 100 лучших книг планеты. Он переведен на 86 языков народов мира. Существует 339 вариантов переводов романа, выполненных лучшими мастерами слова различных поколений XIX-XXI веков. Поэма «Цыганы», открывшая новое направление в развитии мировой литературы, переведена на 55 языков. Существует 120 вариантов ее перевода на эти языки. Пушкину и героям его произведений в мире установлено более 1000 памятников.

 

   Как известно, книга книг – Библия (и отдельные ее части) – переведена на 3500 языков, в том числе и на мертвые, которые уже не существуют на Земле. Она является самой переводимой книгой на планете. Полный текст доступен почти на 700 языках. Новый Завет – существует на более чем 1500 языках.

 

    Незадолго до смерти Пушкин написал предисловие к вышедшей в Петербурге книге итальянского автора Сильвио Пеллико «Об обязанностях человека». Вот слова из этого предисловия: «Есть книга, коей каждое слово истолковано, объяснено, проповедано во всех концах земли, применено к всевозможным обстоятельствам жизни и происшествиям мира; из коей нельзя повторить ни единого выражения, которого не знали бы все наизусть, которое не было бы уже пословицею народов; она не заключает уже для нас ничего неизвестного; но книга сия называется Евангелием, – и такова ее вечно новая прелесть, что если мы, пресыщенные миром или удрученные унынием, случайно откроем ее, то уже не в силах противиться ее сладостному увлечению и погружаемся духом в ее божественное красноречие…».

 

    Широко известны слова Пушкина: «Мои дети будут читать вместе со мною Библию в подлиннике...»

 

    К Священному Писанию поэт обращался более 200 раз. А. О. Смирнова-Россет вспоминала в своих «Записках» один из рассказов Пушкина: «Я читал Библию от доски до доски в Михайловском (ок. 1825 г.), когда находился там в ссылке, читал даже некоторые главы своей Арине, но и ранее я много читал Евангелие.

    Хотите ли, чтобы я сделал вам одно признание? Я как-то ездил в монастырь Святые горы, чтобы отслужить панихиду по Петру Великом… Служка попросил меня подождать в келье. На столе лежала открытая Библия, и я взглянул на страницу – это был Исайя. Я прочел отрывок, который перефразировал в “Пророке”. Он меня внезапно поразил, он меня преследовал несколько дней, и раз ночью я написал свое стихотворение; я встал, чтобы написать его; мне кажется, что стихи эти я видел во сне…»

 

Духовной жаждою томим,

В пустыне мрачной я влачился,

И шестикрылый серафим

На перепутье мне явился;

Перстами легкими как сон

Моих зениц коснулся он:

Отверзлись вещие зеницы,

Как у испуганной орлицы.

Моих ушей коснулся он,

И их наполнил шум и звон:

И внял я неба содроганье,

И горний ангелов полет,

И гад морских подводный ход,

И дольней лозы прозябанье.

И он к устам моим приник,

И вырвал грешный мой язык,

И празднословный и лукавый,

И жало мудрыя змеи

В уста замершие мои

Вложил десницею кровавой.

И он мне грудь рассек мечом,

И сердце трепетное вынул,

И угль, пылающий огнем,

Во грудь отверстую водвинул.

Как труп в пустыне я лежал,

И бога глас ко мне воззвал:

«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей».

 

    Библию могут читать на родных языках 5,7 млрд. человек или 95% населения Земли. Но существуют тысячи диалектов, на которые Священное Писание пока не переведено.

 

   «Илиада» и «Одиссея» Гомера – одни из самых переводимых произведений мировой литературы. Они явились до возникновения письменности и для их прочтения нужны были не часы, а целые дни.

 

    Первые печатные переводы на европейские языки (французский, немецкий, итальянский, английский) появились в XVI веке. Количество полных, частичных и адаптированных переводов исчисляется тысячами, обеспечивая доступ к этому эпосу по всему миру. 

 

   Памятники Гомеру устанавливаются со времен античности. Их уже не сосчитать.

 

    В рабочей тетради 1833 года Пушкин сделал карандашом запись заглавия и первых шести стихов первой песни «Одиссеи». К Гомеру поэт обращался часто. В его библиотеке хранится «Одиссея» на греческом языке 1819 года.

 

    Данте Алигьери, создатель «Божественной комедии». Она является одним из самых переводимых произведений мировой литературы. Существуют сотни полных и частичных переводов, включая многочисленные версии на английский, французский, немецкий и русский языки, а также переводы на многие другие языки, отражающие глобальное влияние Данте. Только на русский язык ее переводили 16 мастеров слова.

 

    В личной библиотеке А.С. Пушкина хранится шесть изданий поэмы, а одно из них, опубликованное в 1823 году, на итальянском языке. Но самое ценное – это два тома «Божественной комедии» Данте, вышедшие в Париже в 1596-1597 годах. Вдохновляясь шедевром, Пушкин написал свои «Подражания Данту», использовав терцины, задав на последующие столетия канон дантовского стиха в русском переводе.

 

   Произведения Шекспира переведены на более чем 100 языков народов. Самый переводимый драматург в мире. Его пьесы доступны на всех крупных языках. «Гамлет» более 30 раз переведен на русский язык. Великий английский поэт и драматург остается символом мировой культуры, его изображения можно найти повсеместно. Но огромных памятников и мемориалов в Лондоне нет.

 

   Говоря о своем «Борисе Годунове», Пушкин писал: «...я расположил свою трагедию по системе отца нашего Шекспира и принесши ему в жертву пред его алтарь два классические единства и едва сохранив последнее»; «По примеру Шекспира я ограничился изображением эпохи и исторических лиц, не гонясь за сценическими эффектами, романтическим пафосом и т. п. Стиль трагедии – смешанный»; «Не смущаемый никаким светским влиянием, Шекспиру я подражал в его вольном и широком изображении характеров, в небрежном и простом составлении типов». 

 

    Общее количество отдельных переводов и изданий произведений Байрона насчитывает тысячи, но исчерпывающего библиографического списка всех переводов на языки мира не существует. Пушкин довольно долго не расставался с портретом Байрона, особенно в бессарабский период Южной ссылки.

 

    Байрон и Пушкин – две ключевые фигуры романтизма. Байрон был кумиром юного Пушкина, «властителем дум», чей образ «байронического героя» и романтические поэмы оказали огромное влияние на раннее творчество русского поэта, включая «южные поэмы». Но Пушкин перерос байронизм, создав свой реализм. 

 

    Князю Вяземскому поэт писал из Одессы: «... у меня голова кругом идет. По твоим письмам к княгине Вере вижу, что и тебе и кюхельбекерно и тошно; тебе грустно по Байроне, а я так рад его смерти, как высокому предмету для поэзии. Гений Байрона бледнел с его молодостию. В своих трагедиях, не выключая и Каина, он уже не тот пламенный демон, который создал “Гяура” и “Чильд-Гарольда”. Первые две песни “Дон Жуана” выше следующих. Его поэзия видимо изменялась. Он весь создан был навыворот; постепенности в нем не было, он вдруг созрел и возмужал – пропел и замолчал; и первые звуки его уже ему не возвратились – после 4-ой песни Child Harold Байрона мы не слыхали, а писал какой-то другой поэт с высоким человеческим талантом …»      

    «Страдания юного Вертера», «Фауст» Гете переводились неоднократно, охватывая практически все европейские и многие азиатские языки. Точное количество переводов неизвестно. Пушкин хранил в своей библиотеке «Фауста», который испещрен его пометами.

 

   Гете и Пушкин высоко ценили творчество друг друга. Немецкий гений, через В. А. Жуковского, передал русскому поэту в подарок свое гусиное перо. 

 

   Существует более 150 переводов стихов одного из самых популярных и читаемых русских поэтов Сергея Есенина. «Письмо матери» – одно из часто переводимых стихотворений, «Не жалею, не зову, не плачу» популярно среди зарубежных переводчиков, «Персидские мотивы» входят в число самых ярких и переводимых лирических произведений.

 

    Есенин писал о Пушкине: 

 

…И в бронзе выкованной славы
Трясешь ты гордой головой.

 

А я стою, как пред причастьем,
И говорю в ответ тебе:
Я умер бы сейчас от счастья,
Сподобленный такой судьбе…

 

   Есенин 7-8 июня 1916 года побывал в северной части Бессарабии на военно-санитарном поезде, который с ранеными останавливался в Новоселице и Окнице.

 

   Произведения румынского поэта Михаила Эминеску переведены на более чем 90, а по некоторым данным – на150 языков. Точное количество переводов поэмы «Лучафэрул» неизвестно.

 

    Эминеску  увековечен в памятниках, установленных во многих городах и селах Румынии, Молдовы, а также в Одессе, Черновцах, Швейцарии, Монреале, Париже. Его именем названы улицы, скверы, гимназия в Софии, в его честь назван кратер на Меркурии.

 

   Эминеску посетил Бессарабию в период лечения в Одессе. Тогда познакомился с произведениями великого Пушкина.

 

   Список 30 лучших поэтов мира всех времен возглавляют Шекспир, Гомер, Данте, Байрон и Пушкин. Замыкает этот список – Овидий. Самое переводимое сочинение «Метаморфозы». Римскому поэту-изгнаннику, в первом веке н. э. сосланному на берега Черного моря и Дуная, установлены памятники в итальянской Сульмоне, румынском городе Констанце (Томы) и в украинском городе Овидиополе на Днестровском лимане.

 

   Пушкин посвятил ему свое второе программное послание – «К Овидию».

 

   Утешься; не увял Овидиев венец!

Увы, среди толпы затерянный певец,

Безвестен буду я для новых поколений,

И, жертва темная, умрет мой слабый гений

С печальной жизнию, с минутною молвой...

 

    Но если, обо мне потомок поздний мой

Узнав, придет искать в стране сей отдаленной

Близ праха славного мой след уединенный –

Брегов забвения оставя хладну сень,

К нему слетит моя признательная тень,

И будет мило мне его воспоминанье.

 

    Да сохранится же заветное преданье:

Как ты, враждующей покорствуя судьбе,

Не славой – участью я равен был тебе.

Здесь, лирой северной пустыни оглашая,

Скитался я в те дни, как на брега Дуная

Великодушный грек свободу вызывал,

И ни единый друг мне в мире не внимал;

Но чуждые холмы, поля и рощи сонны,

И музы мирные мне были благосклонны.

Виктор Кушниренко, пушкинист

Новости на Блoкнoт-Молдова